Маленький мальчик Кадзуто переживает тёплый вечерний ритуал перед сном в Токио: принимает ванну с пузырьками, складывает бумажных журавликов и смотрит на звёзды. Он вкладывает свою тоску по бабушке в бумажного журавлика и передаёт её далёким звёздам.
Солнышко ушло с работы. Лунная сестричка медленно поднимается в небо. Ночной Токио зажигает множество-множество маленьких фонариков. Кадзуто держит на руках котёнка по имени Пушистик. «Ур-р-р» — поёт животик Пушистика. Пора спать? Нет, сначала нужно подготовиться к волшебному ритуалу перед сном.
«Буль-буль» — в ванной горячая вода наполняет большую деревянную кадку. Тёплый пар поднимается, словно облачка. Буль-буль, буль-буль — поёт горячая вода. Как вкусно пахнет! Оказывается, мама положила несколько жёлтых долек юдзу. Пушистик с любопытством протягивает свою лапку.
«Сначала помоем лапки Пушистику», — говорит мама. Кадзуто берёт мягкое маленькое полотенце. Аккуратно вытирает левую лапку. Аккуратно вытирает правую лапку. Пушистик мяукнул — как же ему приятно!
Теперь очередь Кадзуто! Он садится в тёплую деревянную кадку. Папа своими большими руками зачерпывает горячую воду. «Буль» — аккуратно выливает её на спинку Кадзуто. Как тёплый дождик, падающий с неба. Кадзуто заливается смехом.
После ванны тело стало тёплым и ароматным. Надеваем мягкий юката, на котором плывут облака. «Шур-шур-шур» — шаги по татами. Лунный свет пробирается через окно, освещая циновку, и она сверкает. Словно усыпана серебристым песком.
Мама достаёт сверкающую коробочку. Открываем — внутри много разноцветной бумаги! Красная, синяя, жёлтая, зелёная… словно радуга поселилась внутри. «Сегодня вечером мы будем складывать бумажных журавликов», — говорит мама. «А что такое бумажный журавлик?» — спрашивает Кадзуто.
«Бумажный журавлик — это птичка счастья», — говорит мама. «Сложи пополам, потом ещё раз пополам. Смотри, получились крылья птички!» Кадзуто, повторяя за мамой, старательно складывает. Мама говорит, что каждый журавлик унесёт с собой один секрет. Ночью они улетают в сладкие сны.
Кадзуто сложил белого бумажного журавлика. Он держит его в ладошках и тихонько рассказывает ему секрет. «Журавлик, журавлик, пожалуйста, лети повыше. Отнеси моё „спокойной ночи“ бабушке на небе. Скажи ей, что Кадзуто очень по ней скучает».
Подходит папа, мягко берёт Кадзуто на руки. «Пойдём, посмотрим на ночной Токио». Они выходят на маленький балкон. Вечерний бриз тихо шумит, словно говоря «тссс». Пушистик тоже подходит и запрыгивает на руки к Кадзуто.
Смотри! Вдали оранжево-красная Токийская башня мягко мерцает. Машины на улице выстроились в ряд, зажгли фары. Огни текут вереницей, словно светящаяся река. Это что, млечный путь на земле? Глазки Кадзуто тоже загораются, как звёздочки.
«Апчхи!» — Пушистик на руках чихнул совсем по-кошачьи. Он устал и прижал свою головку к руке Кадзуто. Мама указывает на небо: «Кадзуто, посмотри». Выше бесчисленных огней мигают ещё более нежные звёзды. Одна, две, три… не сосчитать.
«Та самая яркая-яркая звезда», — тихо говорит мама. «Неужели это бабушка подмигивает тебе?» Кадзуто смотрит на эту звезду, а она мигает. Словно действительно говорит: «Я услышала». Он кладёт белого бумажного журавлика на подоконник балкона.
«Спокойной ночи, журавлик. Отправляйся в путь на крыльях ветра!» Набегает ласковый вечерний ветерок. Крылья журавлика, кажется, слегка шевельнулись. Он унесёт тоску Кадзуто и его пожелание спокойной ночи к звёздам. Кадзуто верит, что бабушка обязательно получит их.
Постелька уже согрета! Прямо на татами. Кадзуто забирается под одеяло, словно в мягкую облачную булочку. Пушистик сворачивается калачиком у его ног, мурлыча. Из города доносятся приглушённые, ритмичные звуки. Гу-у-ум… Это дыхание Токио, уснувшего ночью.
В руке у Кадзуто всё ещё зажат маленький бумажный журавлик. Его сложила мама, он синий, как ночное небо. Его глазки медленно-медленно закрываются. В уголках губ играет сладкая улыбка. Спокойной ночи, Кадзуто. Спокойной ночи, Пушистик. Спокойной ночи, Токио.
